Fr. Donald Calloway MIC - Karmel Karaganda Kazakhstan

Перейти к контенту

Главное меню:

Fr. Donald Calloway MIC

Главная > WAYBACK...
«Моё милосердие больше, чем твоя нищета»
(Иисус – св. Фаустине)


О. Дональд Кэллоуэн MIC




Дональд Кэллоуэй /Donald Calloway/ был одним из тех детей, которые выросли в сегодняшнем потребленческом обществе, без Бога и в суррогате любви, любви, покалеченной многими ранениями. Для своих родителей и родственников он был «безнадёжным делом», «тяжёлым случаем». Его история обращения – это прославление милосердной любви Бога, она должна помочь вам, дорогие читатели, никогда не считать человека безнадёжным, независимо от того, как низко бы он ни пал.





Мы жили ради удовольствий и развлечений

Я родился 29 июня 1972 года. Меня крестили только в 10 лет, да и то не по религиозным соображениям, а только лишь потому, что мой отчим тоже крестился. Мой отчим, третий муж моей матери, был офицером военно-морского флота, хорошим человеком, но никак не религиозным. Наша семья жила абсолютно по-мирски, в сущности, только ради удовольствий и развлечений. Профессия моего отчима была причиной того, что мы часто меняли место жительства. Вскоре после их свадьбы мы переехали из Вирджинии-Бич в Южную Калифорнию, где моя жизнь приняла крутой оборот. Я уже больше не считал необходимым ходить в школу. Мне намного больше нравилось на морском побережье, где я, в принципе, ещё ребёнок, начиная с 11 лет, впервые начал принимать наркотики и спать с девушками. Всё чаще я бывал пьяным, курил всё, что только возможно, и почти полностью вышел из-под контроля. Мои родители больше не имели для меня никакого авторитета и никак не могли повлиять на меня. Когда мы переехали в окрестности Лос-Анджелеса, я и дальше продолжал вести подобный образ жизни, так как очень быстро нашёл друзей, которые были «на той же волне». Как-то раз мой отчим сообщил мне: «Меня переводят в Японию. Мы будем жить там несколько лет.» С этой новостью мир для меня рухнул. Меня должны были лишить всего, что для меня имело значение – моих друзей, жизни на пляже, наркотиков, девочек, выпивки. Я подумал: «Они весь мой рай мне уничтожили!» Поэтому я твёрдо решил: «Я превращу жизнь моих родителей в сущий ад!»

Высланный из страны

Едва мы приехали в Японию, я тут же связался с одной уличной бандой американских подростков, вместе с которыми я творил разные невообразимые вещи: в свои 14 лет я ежедневно принимал наркотики, опиум, героин и ужасно много пил. Каждую ночь я спал с новой девушкой и испробовал всё мыслимое и немыслимое, что может дать жизнь во грехе. Я удрал из дома и вместе с одним дружком совершал тяжкие уголовные преступления. Мы угоняли мотоциклы, машины, воровали огромные суммы денег, нападая на банки, и даже впутались в тёмные махинации японской мафии.
В это время, когда я ушёл на дно и скрывался, моя мать, сильно тревожась за меня, перенесла нервный срыв. В своём отчаянии она обратилась к одному духовному лицу, который «случайно» оказался католическим полковым капелланом: «Где Донни? Он мёртв? Что с ним?» И вот этот священник смог по-настоящему утешить и ободрить её, так что в моей матери возросло желание стать католичкой. Я узнал об этом лишь спустя несколько лет, потому что в то время мне было на всё наплевать! Мне ни до кого не было дела – ни до моего отца, ни до моей матери. Всё вертелось только вокруг меня самого.
Настал момент, когда моей матери нужно было возвращаться в США, чтобы вновь поискать дом для семьи, прежде чем истечёт срок службы моего отца в Японии. А так как я «залёг на дно», ей пришлось покинуть Японию, не попрощавшись со мной. Вскоре после этого японская полиция вышла на меня, стали прослушивать мои телефонные разговоры, которые я совершенно необдуманно вёл с военной базы Соединённых Штатов. Они сразу нашли меня и арестовали.
Меня, в наручниках и цепях на ногах, привязали к стулу и допрашивали в полицейском управлении. Несмотря на это, по пути в туалет мне удалось сбежать, потому что я был проворный и шустрый. И всё-таки меня снова поймали. Поскольку я представлял угрозу для общества, меня выслали из страны без суда. В сопровождении 4 полицейских меня привезли в аэропорт. Даже в самолёте меня приковали цепью, и таким образом я был выслан в Америку. Я совершенно опустился и одичал, а моя длинная распущенная грива отросла до середины спины. Второй раз меня лишили всего, что я любил: денег, наркотиков, девочек и моей свободы.

Я жил как полумёртвый

Так как я был несовершеннолетним и совершил свои преступления в Японии, то я не мог быть обвинён судом в США. На аэродроме Лос-Анджелеса меня передали под надзор моего отца, который, к моему великому удивлению, привёз меня в наш новый дом в Пенсильвании. Там меня встретила с рыданиями моя мать. Мы же с ней не виделись уже многие месяцы. Я взглянул ей прямо в глаза и сказал ей лишь одно: «Ненавижу тебя!» Да, я ненавидел моих родителей, ненавидел каждого человека,

ненавидел себя самого. О Боге или о религии я и понятия не имел. Федеральная полиция обязала моих родителей поместить меня в исправительно-воспитательный интернат для подростков, из которого я спустя недолгое время удрал. В ту же первую ночь я выпил целую бутылку водки, и так началась моя прежняя, уже хорошо знакомая мне жизнь, только ещё хуже, чем раньше.
Моя еда состояла из макарон, сыра, стимулирующих средств и успокоительных таблеток, самых сильных наркотиков, таких как героин, ЛСД и кокаин. И женщины, бесчисленное количество женщин, каждую ночь – другая... Тем временем мои волосы, которые я всегда носил распущенными, отросли уже до пояса. Я сделал себе большую татуировку на плече. Познакомился с одной рок-группой, которая называлась «Grateful Dead» /«Благодарный мертвец»/, за ней следом я колесил по Штатам, пока не загремел в тюрьму в Луизиане. Один друг выкупил меня, и мы покинули штат, идя всю дорогу пешком. Из-за своей необузданной сексуальной жизни я подцепил венерическое заболевание, которое, к счастью, оказалось излечимым. Я падал без сил, потом вновь приходил в себя, и всё продолжалось в том же духе. Я жил как полумёртвый. Ещё сегодня я хорошо помню, как я порой лежал на тротуаре после того, как принял слишком много наркотиков. При этом мне казалось, что моя грудь раздирается, а моё сердце вот-вот должно разлететься на куски, так сильно оно билось.
Теперь у меня не было крыши над головой, и я опять некоторое время жил с моими родителями. Из-за глубоких страданий, которые я им причинял, они, вместе с моим сводным братом, оказались в католической Церкви и обрели живую веру. Я же насмехался над ними, в первую очередь из-за того, что они относились ко мне с добротой и кротостью. Для меня же считалось только одно: «Можете делать, что хотите, только оставьте меня в покое!»

Женщина моей мечты

Однажды в 1992 году (мне было тогда 20 лет, и, в принципе, моя жизнь была кончена), у меня вдруг возникла внутренняя уверенность в том, что этой ночью должно произойти что-то решающее. Может быть, я умру? Во всяком случае я твёрдо знал одно: сегодня вечером я должен остаться дома. Никто не мог меня уговорить выйти из дома. Я не привык проводить вечер в одиночку и умирал со скуки. И вот я начал рыться в нашем книжном шкафу, нет ли там чего-нибудь интересного, с чем бы я мог скоротать время. Я взял в руки одну из книг наугад. Она называлась «Царица Мира является в Меджугорье». Я, естественно, понятия не имел, кто такая Царица Мира или что такое Меджугорье. Эта книга, как мне казалось, была полна каких-то иностранных слов: Иисус, Мария, Дева, розарий, Евхаристия... Слова, которых я прежде никогда в своей жизни не слышал. Я также взглянул на фотографию: дети-визионеры, смотрящие в одну определённую точку, как зачарованные. Это захватило моё внимание, и я, решившись, начал читать, несмотря на «иностранную лексику». И я с жадностью поглощал эту книгу, как будто

это было наяву, до тех пор, пока не закончил читать её около 4 часов утра. Я не был знаком с этой Девой Марией, но я всё же интуитивно знал: Вот та Женщина, которую я искал всю свою жизнь. С самого детства я тосковал по совершенной любви, но я искал её на ложном пути. Теперь мне стало ясно: то, что было написано в этой книге – правда! Я верил каждому слову, которое сказала Мария в Меджугорье и которое было написано в этой книге. Даже если я Её никогда не видел, я почувствовал очень сильную симпатию к Ней! Мне казалось, что я ещё никогда не встречал такой чудесной Женщины, такой совершенной и такой чистой. Эта Женщина покорила моё сердце. Она была очень нужна мне! И даже не зная, что это значит, я безоговорочно отдал Ей себя самого.

Мгновение, изменившее мою жизнь

Время, казалось, тянулось бесконечно долго, пока не наступило утро. Мне нужно было непременно поговорить с католическим священником, потому что этой ночью в моё сердце глубоко вошла вся католическая вера. Как только рассвело, я побежал к нашему полковому капеллану-настоятелю, которого я, само собой разумеется, ещё никогда раньше не видел. Я ворвался в ризницу, и уже сразу с порога из меня посыпался град слов. Однако священник попросил меня тихо сесть позади в церкви и после Святой Мессы снова подойти к нему. Я подумал: «Святая Месса – ну вот, опять какое-то иностранное слово!» Я смущённо сел на последнюю скамейку и глядел, как женщины молятся розарий. Никогда прежде я не видел и не слышал ничего подобного. Через некоторое время священник вышел из ризницы. Но он был совершенно по-другому одет, чем до этого. Я подумал: «Может, сейчас начнётся что-то вроде театрального представления? Круто! И что, интересно, будут представлять?» Я и в самом деле не имел никакого понятия, что сейчас должно было произойти. Что на меня произвело особенное впечатление, так это то, как вели себя женщины. Они все одновременно вставали, одновременно садились, говорили те же самые слова, а я просто никак не мог сориентироваться, где они всё это прочитывают.
Потом наступил момент пресуществления. Священник поднял высоко вверх этот маленький плоский кружок. В этот момент Всемогущий и Благой Бог даровал мне ясное глубокое познание: «Эта гостия – Иисус Христос.» Я поклонился Ему всем своим существом и подумал: «Вот то, о чём было написано в той книге, которую я прочитал только что ночью». Когда я увидел, что верующие пошли вперёд, чтобы принять Святое Причастие, я сгорал от зависти. Я так сильно стремился к Нему! Но я не мог к Нему приблизиться, ведь я осознавал свою недостойность.
Я едва мог дождаться конца церемонии, чтобы вновь ворваться в ризницу. Там я налетел на священника со словами: «Мистер настоятель! Это же был Иисус! Это что, правда был Иисус?! Расскажите мне, пожалуйста, побольше об Иисусе!» К сожаленью, у священника этим утром не было много времени, чтобы подольше побеседовать со мной. Я должен был всё-таки прийти завтра, попросил он меня. А сегодня он дал мне крест, образ Сердца Иисуса и ещё один, с Папой Иоанном Павлом II. Я, в принципе, совсем не знал, что это были за предметы, но всё равно взял их. Когда я пришёл домой, то начал убирать свою комнату. Семь больших мусорных мешков наполнились вещами, которые раньше для меня имели большое значение.

Моя мать стояла в коридоре и улыбалась. В своём сердце я понял, что она про себя сказала: «Боже мой, благодарю Тебя!» Потом я повесил крест на дверь комнаты, фотографию Папы – на стену, ну а образ Сердца Иисуса поставил на стол.

Слёзы раскаяния и счастья

И что теперь? Что мне теперь делать? Просто ждать до завтрашнего утра, когда я смогу снова поговорить со священником? Или, может быть, я смог бы сделать то же самое, как эти дети в «моей книге»? Я открыл страницу с фотографией, где дети-визионеры были сняты «в молитве». Потом я подумал про себя: «Хм, почему бы и не помолиться? Посмотрим, что это такое!»
Я не помню, чтобы хоть один раз в своей жизни прочёл какую-нибудь молитву. И я даже не знал, что это значит: молиться. Так что я просто разглядывал фотографии и пытался подражать тому, что видел. Я поставил образ Сердца Иисуса перед собой на пол, опустился на колени, сложил руки и посмотрел вверх. Потом подумал: «Ну хорошо, всё, я готов! Молюсь!» Но я не имел понятия, что мне надо делать. Ничего не происходило. И вот я просто смотрел на образ, стоявший предо мной: Милосердный Иисус, Который одной рукой благословляет, а другой указывает на Своё Сердце.
В то время, как я смотрел на образ, в глубине души я вдруг ясно осознал: «Это Богочеловек, Который за меня умер на кресте и за меня пролил Свою Кровь. Это Сердце было открыто для меня! И всё, что Божья Матерь сказала детям в Меджугорье, Она сказала также и мне.»
Я начал плакать, даже рыдать, как никогда прежде в своей жизни. Я так сильно рыдал, что моя одежда была вся мокрая от слёз. Мне казалось, что каждая капля жидкости в моём теле пролилась из моих глаз. Теперь я с болью сожалел обо всём, что я натворил: все девушки, которых я использовал, все женщины, с которыми у меня были интимные отношения, мои друзья, которых я обокрал, обманул, предал; мои родители и мой брат, которым я причинил столько страданий... И в то же время я всё-таки знал: «Ещё есть надежда!»
Спустя какое-то время слёзы раскаяния смешались со слезами радости и внутреннего счастья, потому что мне, раскаявшемуся грешнику, стало так глубоко ясно: «Этот образ, этот Иисус Христос, этот Мессия, Богочеловек умер за меня, потому что Он меня любит!» Невыразимое счастье всё больше и больше наполняло моё сердце. Это переживание было настолько глубоким, что я даже больше уже и не помнил о том, как долго я тогда молился и плакал на коленях перед этим образом Сердца Иисуса. Я знаю только то, что после всего этого, совершенно обессиленный, я лёг на свою кушетку. Впервые в своей жизни я почувствовал себя свободным, и несказанный мир сошёл на меня. После этого я немного вздремнул.

Донни, Я счастлива!

Затем в полусне я пережил нечто такое, чего я не могу точно выразить словами. Хотя моё тело лежало на кушетке, но моя душа, мой дух (я не знаю, что это было) как бы полностью прямо вырвались из него. Я не знал, что мне делать. Панический страх парализовал меня. Я хотел закричать, но не мог вымолвить ни слова. Внутри себя я позвал изо всех сил: «МАРИЯ!» Она была единственным человеком, о ком я подумал в тот момент. И вдруг мой «дух» с огромной силой, мощной, как Вселенная, снова втиснулся в моё тело. Затем я услышал женский голос, нежнейший женский голос, какой я когда-либо слышал. Он произнёс: «Донни, Я счастлива!» Никто, кроме моей матери, никогда в жизни не называл меня Донни. Я узнал, Кем была эта Женщина. Это был такой нежный и мягкий, добрый голос, как будто это была река любви. Это было просто невероятно! В ту ночь я спал как ребёнок на руках своей Матери.

Моё «свадебное путешествие» с живым Богом!

На следующее утро я вновь пришёл в церковь. После этой ночи мне уже не хотелось ни сигарет, ни наркотиков, ни алкоголя, ни к женщинам меня не тянуло. Я был неспособен смотреть на женщину с вожделением. Так началось время, которое я бы охотно назвал «моим свадебным путешествием с живым Богом», моим Женихом. Я проводил в церкви бесчисленные часы. Я молился розарий, Крестный путь, читал жития святых и труды о Церкви. В глубине души я всегда сразу узнавал, какая книга стоящая и истинная по содержанию. Когда я слушал по телевидению «великих проповедников», которые у нас в Америке снискали признание и огромную популярность, я вновь и вновь отдавал себе отчёт: они не проповедуют настоящего Иисуса. И я молился Богородице: «Покажи мне настоящего Иисуса!» Я всё сильнее чувствовал желание полностью принадлежать Богу и стать священником. Это, однако, означало многие годы напряжённой учёбы, ведь у меня были школьные знания едва ли не пятиклассника. Но я хотел выполнить всё до последних мелочей, чего бы ни пожелала от меня Богородица.
Где бы Она хотела, чтобы я был? Я написал прошения о приёме примерно в 200 конгрегаций и, несмотря на то, что было много ответов с согласием, я решил, что выберу ту монашескую общину, в названии которой будет дважды упомянуто Имя Марии. И таким образом мой выбор пал на мою нынешнюю общину, «Мариане Непорочного Зачатия» (Конгрегация Мариан Непорочного Зачатия Пресвятой Девы Марии), которая приняла меня в 1993 году.
Спустя 10 лет учёбы (из любви к Марии!) я с готовностью и преданностью принял священническое рукоположение 31 мая 2003 года. Сперва я некоторое время был вице-ректором национального святилища Милосердного Иисуса в США в Стокбридже, а сейчас я настоятель марианского дома формации в Стьюбенвилле, в штате Огайо.


    
                                                             Донни с мамой после рукоположения

_____________________


В настоящее время о. Дональд Кэллоуэй MIC является IV советником Провинции отцов-марианов Пресвятой Девы Марии – Матери Милосердия в США, руководителем отдела призваний, организатором паломничеств по святым местам, выступает с различными конференциями, свидетельствами.

_______________________


Статья из журнала “Triumph des Herzens”/ «Триумф сердца»/ монашеской конгрегации “Pro Deo et Fratribus – Семья Марии”, в которой использовано интервью сестры Эммануэль с отцом Дональдом Кэллоуэем MIC на «ТВ Марии» Английский текст интервью (оригинал): Fr. Donald Calloway`s incredible testimony,© Mary TV

Перевод с немецкого языка: Кармель - Караганда
Фото: http://www.fathercalloway.com
 
 
_______________________________________________________________________________________________________
Назад к содержимому | Назад к главному меню